До #VogueUAconference осталось

Изображая жертву моды: Джованна Батталья Энгельберт о моде и себе

01 апреля 2018

Стилист, fashion-редактор, креативный директор, автор книги и жена магната, Джованна Батталья Энгельберт к моде относится серьезно, а к себе – с юмором. 

Джованна Батталья ЭнгельбертФото: Chris Colls

Высокая волоокая брюнетка из обеспеченной и богемной миланской семьи пытается работать моделью, но оказывается слишком принципиальной, чтобы быть пластилином в чужих руках. Она решает самостоятельно создавать «модные миры» и становится стилистом – сначала работает для независимых журналов, вкладывая в съемки все заработанные моделингом деньги, потом знакомится с Анной Делло Руссо и Франкой Соццани, начинает стилизовать съемки для изданий Condé Nast, а через несколько лет становится приглашенным редактором американского W и японского Vogue. Тогда же она знакомится со сказочно красивым и сказочно богатым блондином-девелопером родом из Швеции и выходит за него замуж.

Ее зовут Джованна Батталья, ей 38, и она на самом деле существует. Ее пиар-агент несколько раз переносит интервью, в итоге я звоню в час дня по Стокгольму и застаю Джованну за редким занятием: она сидит за ноутбуком и занимается рутинной работой. У нее сильный и очаровательный итальянский акцент и громкий голос – даже не видя ее, представляешь, как она красочно машет руками, когда говорит: «Думаешь, я назову имена своих клиентов и раскрою все тонкости своей работы? Нет. Скажем так: то, что я делаю, называется creative direction. Я помогаю брендам выстроить имидж и найти новые методы коммуникации. Нет универсальных рецептов успеха, как и табу. Главное – концентрироваться на продукте, не застывать во времени, привлекать внимание и новую аудиторию». Батталья все чаще пропускает Недели моды ради нескольких дней в Стокгольме или в горах с мужем – за ее консалтингом клиенты едут туда, куда она скажет. «Я реорганизовала свой график так, чтобы жить как нормальный человек и проводить больше времени с мужем. Не могу сказать, что это компромисс или жертва, – я счастлива. В моей жизни было довольно конфликтов, пришло время гармонии», – говорит Джованна. Она шутливо называет себя «модным животным», прикрывая за этим амплуа умную женщину со здоровыми ценностями. В экосистеме Баттальи отсутствуют зависть и привычка жаловаться: «Эти вещи мне, к счастью, несвойственны, к тому же они занимают слишком много времени и энергии, я не могу себе этого позволить».

Зато она может себе позволить любые наряды: пять свадебных платьев, среди которых созданное лично Миуччей Прадой, коллекцию леопардовых вещей Alaïa, сотни комплектов Céline (идеальный гардероб для поездок), десятки пальто Dries Van Noten, без которых она не может жить. «Я нормальный гламурный человек, люблю красиво одеваться. Никогда не носила черный цвет и не вижу причин начинать, но то, что меня фотографируют на улицах, – не причина, а следствие моего карьерного успеха. Профессионализм, а не видимость, для стилиста на первом месте. Хотя моя подруга Анна (Делло Руссо. – Прим. ред.) говорит, что комфорт – это не модно, я справляюсь и с этим. В вечернем платье мне так же комфортно, как в кашемировом спортивном костюме». Когда речь идет о fashion-редакторе или стилисте, профессионализм для Баттальи означает 60 % организованности и дисциплины, остальные 40 % – творческий потенциал. «Я очень серьезно отношусь к моде. Веселиться можно и нужно, но нельзя забывать, что мода – это огромный бизнес, в котором вращаются большие деньги. Речь идет об ответственности – за бренд, журнал, рекламодателей. Стилист обязан вернуться со съемки с картинкой».

Она признает цикличность в моде: «Друзья называют меня «Джиопедия»: я мгновенно считываю цитаты в работе стилистов, дизайнеров и сама вдохновляюсь прошлым, обожаю 1970-е и кино того времени. Я уже встречаю собственные съемки 10-летней давности среди «референсов» молодых стилистов. Все дело в интерпретации: можно взять прошлое за основу, но перевести картинку в сегодняшний день и вдохнуть в нее новую жизнь. Другое дело – слепо копировать, не пропуская через себя. В этом нет смысла».

Батталья любит снимать на локациях и с нежностью вспоминает, как убегала от сторожей в зимней Москве или как ловила модель, которая падала со скалы в Средиземное море, запутавшись в бальном платье Dolce & Gabbana. «Лучшие съемки – это когда результат превосходит ожидания, и неважно, насколько экстремальными были условия». В работе Батталья никогда не искала зоны комфорта: в поисках карьерного роста она переехала из Милана в Нью-Йорк. «В Италии красивых женщин не воспринимают всерьез, поэтому я переехала. Я не говорю, что Америка – Ла-Ла Ленд, но однозначно это страна возможностей. Главное – чтобы ты был готов ими пользоваться». Шикарная внешность Баттальи, страсть к моде и гламурный образ уживаются с ее активной социальной позицией: от разговора о назначении Слимана в Céline, коллекции которого она ждет с детским любопытством, мы переходим к темам феминизма, движения против насилия #metoo и революции нравов в индустрии. «Я – феминистка и счастлива, что мы живем в революционное время. Наконец-то женщины смогли говорить. Да, под гребенку, возможно, попадает слишком много людей, но революции не бывают тихими. Нельзя быть дерьмом, даже если ты делаешь гениальные фильмы или фотографии. Главное – оставаться верным своей человечности».

Текст: Соня Кваша

Еще в разделе Персона

Популярное