VOGUE UA CONFERENCE 2019FASHION & BUSINESS 7 ноября
Продолжая просмотр сайта, вы соглашаетесь с тем, что ознакомились с обновленной политикой конфиденциальности и соглашаетесь на использование файлов cookie.
Соглашаюсь

Художница Жанна Кадырова о победе в Майами, проектах на злобу дня и "фруктах" из бетона

17 января 2019

В декабре украинская художница Жанна Кадырова получила главный приз за лучший сольный проект ярмарки PULSE Miami Beach, которая проходит в рамках Арт Базель в Майами. В Штатах Кадырова вместе с киевской галереей Voloshyn gallery показала ироничный перформанс «Маркет», а по возвращению рассказала vogue.ua, как реагировали на ее фрукты из бетона в Майами, почему ей интересно работать с кирпичом, и почему она не любит делать проекты на злобу дня.

Жанна Кадырова

В Майами проект Жанны Кадыровой произвел фурор. Главную роль в нем сыграла сама художница. Одетая в фартук и чепчик, неизменный атрибут советской продавщицы продуктового магазина, самая известная в мире украинская художница продавала за настоящим прилавком экзотические фрукты: карамболь, папайю, манго, гранаты. Вокруг – настоящие ящики для фруктов, в которых они обычно продаются на рынках, массивные весы, целлофановые пакеты. Фрукты Жанна делает из обычной кафельной плитки, которую покупает в строительных магазинах. Галеристы Юля и Максим Волошины, который организовали сольный проект Кадыровой в Майами, рассказывают, что везли в Штаты больше 300 килограмм «фруктов» - и чуть меньше обратно, потому что часть экспонатов на выставке распродали.

Так выглядела инсталляция Жанны в Майами

В конце декабря, накануне Нового года, мы встретились с Жанной в Voloshyn gallery на Терещенковской: «фрукты» только-только прилетели из Майами, и Жанна с своей помощницей увлеченно распаковывалb бананы, арбузы и гранаты для нашей съемки. В белоснежном пространстве галереи «Маркет» производит совсем другое впечатление: это уже не дерзкий и самобытный перформанс, но объекты, которые хочется иметь дома, в своей коллекции – яркие, манящие и при этом концептуальные. Обесценивание искусства, искусство как вещь на продажу, историческое прошлое, общественные клише и стереотипы – в одном проекте Кадырова умудряется поднять миллион актуальных вопросов.

Как у тебя возникла идея работать с плиткой и бетоном?

Это, наверное, самый первый материал, с которым меня узнала публика. Первая работа с плиткой – «Сантехник дядя Толя», которая изображает фигуру рабочего в полный рост. Она была начата в августе 2004 года, перед оранжевой революцией . Я тогда была молодым художником, пробовала разные медиа, искала. Куратор Наталья Филоненко готовила выставку молодых художников и предложила мне посмотреть плитку, которую. она видела в Агромате, когда делала ремонт. Я съездила – и поняла, что это то, что нужно.

Потом было много работ из плитки.  По-настоящему я увлеклась этим в 2013-м, после резиденции в Бразилии. Там меня очень зацепила местная архитектура – все дома там покрыты яркой кафельной плиткой. Приехав в Киев, я продолжила начатый в Бразилии проект «Секонд-хенд»: «нашила» платьев из плитки, найденной на территории Дарницкого шелкового комбината. Хотя проект, конечно, был не об одежде, а об исторической памяти и архитектуре: о судьбе старых зданий и о том, какую жизнь прошлое может получить в настоящем. Одежда была моей метафорой, причем все зависело от того, какую плитку я находила, какие узоры на ней были. На комбинате я нашла плитку с разводами и сделала классные джинсы-варенки – их потом купила итальянская галерея Continua.

 

Впервые «Маркет» ты показала на ярмарке в Монте-Карло. Потом был Киев, Майами.  То есть этот проект бесконечный?

Проект хорош тем, что его есть куда развивать. Сейчас есть планы показать "Маркет" на выставке в Турине и на биеннале в Любляне. Я специально привезла из Италии классические итальянские колбаски, чтобы отформовать их в бетоне, а галерея Continua обещает прислать мне окорок, прошутто - буду снимать форму и тоже сделаю скульптуру из бетона и мрамора (смеется - прим.авт.) В каждой стране мы адаптируем экспонаты под локальный рынок – в Майами вот добавили папайю и больше фруктов, а на Kyiv At Week был только колбасы и сало.

Твой «Маркет» очень ироничный, но ведь для тебя это не только шутка?

Конечно, нет. Идея проекта еще и в том, что в каждой стране экспонаты стоят в зависимости от валюты этой страны.  В Штатах 1 грамм - 1 доллар. В Украине - 1 гривна. Понимаешь намек? В Лондоне это стоит в  разы дороже, чем, к примеру,  в Бангладеше, и это мой взгляд на рыночные отношения – труд британца, который шьет футболку, и индуса, которые делает такую же работу, также очень по-разному оценивается.

Ты в этом проекте и автор, и перформансист. Насколько для тебя это комфортное состояние – быть в центре внимания?

Изначально в нем не было особой перформативной части, за прилавком стояли все кому не лень – например, кураторы и сотрудники галерей, с которыми я его делала. Образ продавца возник уже в Киеве во время Kyiv Art Week, мне показалось, что так проект цельнее.

Находиться в центре внимания мне вполне комфортно, потому что за 15 лет работы я привыкла. Другое дело - играть роли продавщицы: зазывать, приглашать покупателей. После киевского перформанса я лежала пластом три дня, у меня не было сил вообще.  Реакция людей на «Маркет» очень важна, но она, в тоже время, иногда утомляет. В Майами, например, когда для одного клиента я взвешивала арбуз, и оказалось, что он весит 2 кг - то есть стоит 2 тысячи долларов! -  вокруг начали кричать – о боже, так дорого, это же просто арбуз! (смеется)

Из какой плитки сделаны эти фрукты? Итальянской? Украинской?

Очень разная плитка. Я выбирала исключительно цвет и фактуру, а не производителя, у меня бывают редкие запросы. Например, мне был нужен кричащий розовый, чтобы сделать драгонфрут – популярный в Азии фрукт ярко-розового цвета. Я объехала 6 магазинов в Киеве, и нигде не нашла. Обошлись без него.

Где ты ее покупаешь?

В строительных магазинах. Любимый – Агромат и Атем. Друзья-архитекторы из салона Interior Lab , что находится по соседству с моей мастерской отдают мне остатки плитки. Для этого проекта ,например, дали красивую плитку для зёрнышек папайи.

В  интервью трехлетней давности и больше ты говоришь о том, что у тебя много выставок в мире, но меньше – в Украине, потому что у украинских галерей мало связей с внешним миром, они мало ездят на ярмарки, у них не всегда есть бюджет на продакшен. Сейчас все по-другому?

Для меня вполне привычно платить самой за продакшен своих работ. Периодически я так делаю. Многие идеи долго стоят на полке и ждут своего времени, часто, их воплощение и вправду упирается в вопрос денег. Сейчас ситуация меняется – меня знают в Украине, и есть институции, готовые поддерживать. Например, с галереей Юлии и Максима Волошиных я сотрудничаю не так давно, но мы уже сделали несколько успешных проектов.

Самый популярный запрос в гугле по твоему имени – Жанна Кадырова картины. Странно, ведь ты известна в первую очередь своими скульптурами, мозаикой, инсталляциями, а уж точно не живописью. Ты когда-то рисовала? Будучи студентом, например?

Студентом я не была: в художественную академию меня не взяли даже на реставрацию скульптур. Но я даже рада, что так получилось. Тем не менее, в период группы РЭП, когда мы только начинали в 2004 году, я много рисовала. У нас была открытая мастерская, где  мы работали все вместе, и единственным материалом для самовыражения были рулон негрунтованой дешевой ткани и строительный акрил. Первые работы, которые я продала, были именно живописными. Помню, на одной из них была изображена горящая пожарная машина – такая простая мысль, символ революции. Она была неплохая для тех времени и отражала то, что было на тот момент актуально.

Я училась в ДХСШ на отделении скульптуры и параллельно ходила на курсы к художнику Геннадию Хусиду. Курс рисунка у него был очень популярен, а вот курс скульптуры – не очень, на нем я была преимущественно одна. Я бегала к нему после школы три раза в неделю. Геннадий Яковлевич был педагог от бога, он научил меня видеть и работать с формой. Научил, условно говоря, рисуя лицо, думать про затылок.

 

Ты работала с асфальтом и с кирпичом, делала из кирпича карту Украины (в рамках выставки "Страх и надежда" в 2014 году Жанна показала в PihcnukArtCentre обугленную карту Украины с отпавшим Крымом - прим.авт). Для тебя эти материалы – бетон, плитка, асфальт – не есть что-то необычное?

Да, я не боюсь брутальных материалов. Конечно, я не пойду и не сниму сама кусок асфальта. Такие проекты я делаю с постоянной командой.

Судя по всему, тебя очень вдохновляет окружающая реальность?

Это правда. Я наблюдаю и реагирую на происходящее. Но я не люблю делать работу на злобу дня – считаю это конъюнктурой. Сейчас к проекту «Карта Украины» , который я сделала в период Революции Достоинства в 2014, у меня спорное отношение. Она слишком буквальная и иллюстративная, хотя тогда карта громко "прозвучала". Просто в ситуации Майдана 2014 года у меня не было никакой возможности и сил дистанцироваться. Но я так делаю редко. Обычно стараюсь взять паузу и проанализировать происходящее - но не знаю, что будет дальше и куда меня занесет.

«Занесло» Жанну Кадырову в Покровск – небольшой город в Донецкой области. Уже весной здесь появится новый городской парк, а с ним и велопарковка, придуманная Жанной.  Во время интервью Жанна показывает мне в планшете фото. Велопарковка выглядит как огромная тетрадь, или блокнот, в которой записаны  цифры: цены на продукты и билеты на общественный транспорт, стоимость бензина и курс валют. Рядом - дата. Это реальные цифры из жизни Покровска, которые Жанна постаралась зафиксировать, узнав у местных или прочитав в интернете. Они будут в памяти столько, сколько простоит эта необычная велопарковка.  "Для меня это возможность сделать документ времени, при этом  - абсолютно функциональная , полезная для города вещь", - говорит художница.

Жанна Кадырова и Юлия Волошина

Текст: Дарья Слободяник

Фото: Юрий Яцкулич

украинские художники · искусство ·

Еще в разделе Арт

Популярное