RU UA

Журнал VOGUE

Подписаться
Продолжая просмотр сайта, вы соглашаетесь с тем, что ознакомились с обновленной политикой конфиденциальности и соглашаетесь на использование файлов cookie.
Соглашаюсь

Двойная игра: интервью с дуэтом художников Elmgreen & Dragset

03 мая 2021

От перформативных постановок к масштабным инсталляциям, меняющим смысл привычных вещей, — мы прошли по творческому пути художников Elmgreen & Dragset,не без их помощи

Фото: Elmar Vestner

Два писсуара соединены одной петляющей трубой. На пол брошена пара наспех снятых джинсов вместе с парой белых трусов. Два одинаковых слепка головы безымянной античной статуи прикреплены к концам завязанного в узел металлического стержня. Это все скульптуры Майкла Элмгрина и Ингара Драгсета.

В 1995 году они начинали совместную художественную деятельность, будучи еще и партнерами по жизни, но в начале 2000-х расстались. Арт-дуэт Elmgreen & Dragset при этом не распался. Главный драйвер и триггер их творческой активности — они сами, сочетание их жизней со всеми травмами и фиксациями. «Творческий процесс начинается с небольших, порой совсем не впечатляющих событий или наблюдений. Это могут быть общие модели поведения, основанные на традиции, а не логике, которые заставляют нас подвергать сомнению определенные структуры в нашем обществе или ближайшем окружении, — объясняют истоки своих идей художники. —Но поскольку нас двое, получается действительно забавная динамика, создатель наших работ не один или другой, и не сумма нас, а скорее некий третий персонаж, которого мы создали вместе: это маленькое странное чудовище».

В числе скульптурных работ дуэта и правда много таких, что построены путем сопряжения одинаковых предметов — этот прием стал для них знаковым. «В первую очередь, это определенно имеет четкий отсыл к тому, что нас двое. Мы часто видим, что парные объекты открывают новые ассоциации, которые часто упускаются из виду, — размышляют художники. — Сопряжение — отличный инструмент, чтобы вычислить, что на самом деле означает тот или иной объект».

Gay Marriage, 2010; фарфоровые писсуары, краны, трубки из нержавеющей стали. Благодарность – арт-галерея Perrotin

Так, в серии Couple два трамплина для прыжков в воду прикреплены вертикально к стене: несмотря на то что они лишены своей функциональности, разум все еще ассоциирует их с бассейном, а сами объекты вызывают чувства, связанные с прикосновением к поверхности воды. Удвоение также может относиться к более широким представлениям о личности человека и его взаимоотношениях с окружающими.Основу композиции Untiled (2014), к примеру, составляют две подушки: по отпечаткам на них мы идентифицируем присутствие двух людей, несмотря на их физическое отсутствие.

У Элмгрина и Драгсета нет формального художественного образования, но это им определенно пошло на пользу. Первый родился в 1961 году в Дании, второй – восемью годами позже в Норвегии. Познакомились в 1994-м в Копенгагене, в то время Майкл выступал на поэтических вечерах, а Ингар увлекался театром. Первые совместные художественные проекты родились спустя год после знакомства и представляли собой преимущественно перформансы. Отсутствие традиционного арт-бэкграунда дало им иную перспективу, альтернативную точку входа. Когда только начинали сотрудничать, они смотрели на незнакомый мир искусства, как если бы впервые оказались на арт-ярмарке. Все, что происходило тогда в галереях и музеях, вызывало у них множество вопросов вроде «почему это делается подобным образом?» или «почему все галереи выглядят одинаково?» Так любопытство стало движущей силой их союза, и этот любознательный импульс до сих пор с ними.

Фото: Elmar Vestner

«В те дни мы не слишком много думали о том, что является искусством или неискусством. Мы происходили из разных слоев общества, один был весь в поэзии, другой — в театре. Как арт-дуэт мы начали с перформанса, где использовали свои тела для исследования новых концепций мужественности, а затем уже сосредоточились на других темах, в том числе исследовании сути художественных институций. В любом случае у нас никогда не получалось соблюдать правила игры», — смеясь вспоминают Майкл и Ингар.

Творческий процесс начинается с небольших, порой совсем не впечатляющих событий или наблюдений.

На художников определенно повлиял Феликс Гонзалес-Торрес, работы которого демонстрируют, насколько сильно может переплетаться личная и политическая проблематика. Им также близок минималистский визуальный язык, сформированный в 1960-х такими художниками, как Дональд Джадд и Сол Левитт. В разговоре Элмгрин и Драгсет вспоминают о том, что минимализм с самого начала формировал их практику и мышление. Это направление жестко критиковало формат художественной выставки и выводило на передний план незамысловатую абстрактную эстетику, делая ее практически образом жизни. В Скандинавии, где выросли художники, функционализм — одно из проявлений минимализма — важная часть визуальной культуры и архитектуры, даже детские сады там минималистичны, поэтому стремление и любовь к минимализму, как уверены Майкл и Ингар, заложены в них изначально.

Их первая скульптурная серия — Powerless Structures — была создана в 1997-м. Соединяя архитектуру и дизайн, привычные предметы, буквально перевернутые с ног на голову или же с дополнениями, полностью лишавшими их привычного функционала и смысла, этот арт-дуэт поставил себя в ряд с заметными постконцептуалистами.

Одна из важных тем их творчества — исследование категорий власти и силы в самом широком ключе. «Власть может быть так глубоко встроена в объекты, пространства, культуру и поведение людей, что оказывает прямое влияние на нашу повседневную жизнь. Часто можно даже не заметить этого, — отмечают художники. — Но на самом деле не нужно много времени, чтобы выявить, где находятся механизмы контроля или насколько тонко они управляют нами, подрывая нашу свободу. Находитесь ли вы в художественной галерее, в общественном пространстве или коммерческом, вас обычно регулируют и направляют различные властные структуры: развешены знаки «не трогайте это», «не стойте там» и прочее».

Фото: Elmar Vestner

Одной из самых известных инсталляций-«обманок» этого дуэта стал бутик Prada— его разместили на шоссе в техасской пустыне недалеко от города Марфа. Инсталляция, открытая в 2005 году, представляет собой небольшое здание, оформленное в точности как торговое пространство итальянского бренда. В нем выставлена новая коллекция аксессуаров, но дверь — закрыта: все, кто останавливался на шоссе, могли только лицезреть их сквозь витрину. С одной стороны, эта работа показывала масштабы глобализации: бутик модной марки оказался даже в богом забытой пустыне. С другой — демонстрировала тщетность и бессмысленность мира потребления.  

Prada Marfa, 2005; гипс, алюминиевые рамы, стеклянные панели, МДФ, краска, ковер, холст, обувь и сумки Prada Фото: James Evans и Lizette Kabré Благодарность –  Art Production Fund, Нью-Йорк; музей Ballroom Marfa, Марфа

По задумке художников, этот «бутик» со временем должен был ветшать и разрушаться. Но по иронии судьбы этот процесс нарушился, что придало работе новую смысловую нагрузку. После нескольких актов вандализма (сначала экспозицию разграбили, а затем нанесли граффити на стены), а также иска властей Техаса к Prada о несанкционированной рекламе на дороге (хотя бренд к этой инсталляции не имел отношения), было решено зарегистрировать «бутик» как музей с постоянной экспозицией. Строение регулярно подкрашивают и реставрируют. Так инсталляция PradaMarfa стала памятником не только консюмеризму, глобализации, но и бюрократии.

Одной из самых известных инсталляций-«обманок» этого дуэта стал бутик Prada — его разместили на шоссе в техасской пустыне недалеко от города Марфа.

Еще более сильным высказыванием стал «Мемориал гомосексуалам — жертвам нацизма», созданный в знак признания существования жертв-геев во время Холокоста. Он был поставлен в 2008 году в берлинском парке Tiergarten по заказу правительства Германии. Памятник часто подвергался актам вандализма, отмечают Майкл и Ингар, — но они рады, что удар в этом случае принимали на себя металл и бетон, а не реальные люди. Элмгрин и Драгсет с самого начала исследовали квир-темы и интуитивно продолжают работать с тем, что имеет отношение к их собственной жизни. «Когда мы услышали, что в гей-клубе в Украине избили посетителей, нас это очень расстроило, — рассказывают художники. — Мы думаем, крайне важно продолжать выдвигать эти темы на передний план, чтобы дискуссии вокруг них не прекращались».

Powerless Structures, 2015; дерево, дверные ручки, петли, предохранители, цепи Фото: Eric Gregory Powell

Пандемия 2020-го высветила новые перспективы для ряда произведений искусства Elmgreen & Dragset, созданных много лет назад. К примеру, скульптура TheFuture (2013), изображающая мальчика, который сидит на пожарной лестнице и смотрит перед собой, словно вглядываясь в собственное будущее, в новых реалиях отражает настроение неуверенности и изоляции, пришедшее вместе с социальным дистанцированием. По мнению художников, на их скульптуры и инсталляции можно и нужно смотреть спустя какое-то время: их символизм постоянно трансформируется, и люди могут взглянуть на них по-другому, найти новые смыслы.

Текст: Александр Щуренков

Еще в разделе Арт

Популярное