search Created with Sketch.

Журнал: известные украинские галеристки

11 августа 2014

В середине 1990-х галерейный бизнес считался наиболее подходящим занятием для светских девушек. После экономического кризиса на арт-рынке выжили сильнейшие. Среди них –Татьяна Миронова, Марина Щербенко и Юлия Волошина.


Текст: Валентина Клименко 


Татьяна Миронова

B 2003 году основала Mironova Gallery, с 2013-го – директор муниципальной галереи «Лавра»


Татьяна Миронова в пальто из вискозы, Dior; пояс из шелка, Litkovskaya; серьги из металла, Dior

Пальто из вискозы, Dior; пояс из шелка, Litkovskaya; серьги из металла, Dior


Татьяна Миронова предпочитает работать с самыми именитыми, самыми дорогими, самыми востребованными художниками: Анатолием и Анной Криволап, Олегом Куликом, Арсеном Савадовым, Александром Сухолитом, Александром Дьяченко, Юрием Соломко, Максимом Мамсиковым, Петром Бевзой. «Я всегда говорю клиентам: если вы покупаете работу в Mironova Gallery, это автоматически означает высокий стандарт и хороший уровень. Здесь уже отобрано все самое лучшее, ваше дело – выбрать то, что нравится именно вам».


В роли директора галереи «Лавра» она тоже работает с лучшими в своем поколении – Лесей Хоменко, Владимиром Кузнецовым, Ксенией Гнилицкой, Даниилом Галкиным, Николаем Ридным, Марией Куликовской, а также с известным берлинским куратором Рейнальдом Шумахером, который уже сделал в «Лавре» две выставки – групповую «А теперь? Сила искусства. Украинское искусство в период кризиса, раздумий и скорби» и персональную выставку Владимира Кузнецова «Молчание звезд».

На вопрос, что побудило ее поменять собственный бизнес на пост руководителя городской галереи, Миронова отвечает: «Мне было интересно расширить круг деятельности и попробовать поработать с большой площадкой. 


Я в восторге от московского «Мультимедиа Арт Музея», который сделала Ольга Свиблова, от ее проектов. Я считаю, что «Лавра» похожа на эту площадку и здесь тоже приемлема форма сотрудничества муниципальной галереи, бизнеса и художников с привлечением личных возможностей. Здесь важен не собственный интерес, а понимание того, что лично я могу сделать для города, художников, для страны». 

Музейный куратор, один из идеологов Музейного квартала в Вене Дитер Богнер посоветовал Татьяне Мироновой сделать на территории «Лавры» киевский Музейный квартал. Когда галерейный двор расчистили от мусора и стены с граффити стали выглядеть как в Берлине, там провели пробное заседание Клуба меценатов LOVE.RA с фонариками, роялем и экскурсией по выставке – и теперь на меценатов надеются в плане помощи галерее.


Пока Рейнальд Шумахер разрабатывает персональную выставку Маши Куликовской, запланированную на октябрь, Татьяна занята подготовкой к Международному фестивалю актуальной анимации и медиаискусства Linoleum, рассматривает идею фестиваля стрит-арта и диджитал-искусства. «Наша задача – сделать здесь коммуникативное пространство для всех видов искусства», – говорит Миронова.

 

Юлия Волошина

B 2006 году вместе с мужем Максимом Волошиным открыла галерею «Мистецька збірка»


Юлия Волошина в топе из шелка, юбке из шелка, все – Katja Bereznitsky

Топ из шелка, юбка из шелка, все – Katja Bereznitsky


Сын художника, Максим Волошин на первое свидание пригласил будущую жену в Музей русского искусства. Теперь на одной улице с этим музеем (Терещенковской), на первом этаже старинного дома у них собственная галерея – «Мистецька збірка». Юрист Максим и бухгалтер Юлия неплохо справляются с юридическими и финансовыми аспектами галерейного бизнеса. И пока все жалуются на падение продаж произведений искусства, Волошины планируют открыть галерею за рубежом: в Вене подвели партнеры, теперь супруги хотят открываться без посторонней помощи, но где – не говорят, боятся сглазить. «Да, сейчас продавать искусство непросто, но не безнадежно, – говорит Юлия. – Недавно у нас купили три работы Михаила Деяка прямо с выставки. Еще появились активные клиенты-китайцы: им нравится украинское традиционное искусство – ближе к соцреализму».


Вначале Юлия и Максим продавали работы, выполненные в духе соцреализма, потом перешли на современников-традиционалистов. «Мне нравится актуальное искусство, – рассказывает Юлия, – но далеко не все. Мы очень много путешествуем, бываем на арт-ярмарках, выставках, в галереях, музеях, и я вижу много того, что лет через 5-10 вообще никому не будет нужно, – в лучшем случае останутся фотографии этих работ. 


Мы стараемся дать клиентам максимально полную информацию о художниках, направлениях, ценах, но они должны сами определиться, что хотят коллекционировать – современных художников или классиков. Старые мастера – это всегда статусно, дорого, достойно. Доходы от такой живописи стабильные – 10-15 % в год. Работы топовых современных художников всегда стремительно дорожают, но лишь до определенного момента. Максимальная стоимость этих работ определяется рынком, затем наступает медленный и планомерный ежегодный рост цен на их полотна уже по схеме «старых мастеров». 

В июне-июле к 8-й годовщине галереи Юлия и Максим Волошины сделали выставку из собственной коллекции – представили работы живописцев разных периодов, начиная с 1930-х годов до наших дней. Юлия вспоминает, как они купили у дилера небрежно свернутый в рулон с неприличными надписями фломастером первый вариант большого полотна (137 ? 198 см) Татьяны Голембиевской «Праздник урожая» (1983), потом пошли к самой Голембиевской подписать картину и сфотографироваться на память. Еще Юлия гордится одной из немногих сохранившихся работ Ивана Хворостецкого «Андреевская церковь» (1935) – она очень напоминает вид с балкона редакции Vogue.


С недавних пор Юлия коллекционирует еще и палитры художников. «Палитры – они как картины. У каждого художника своя. Меня они очень вдохновляют».


Марина Щербенко

В 2008 году открыла Bottega Gallery, в 2012-м – «Щербенко Арт Центр», в 2014-м запустила интернет-магазин http://bottega-store.com. С 2009 года проводит конкурс молодых художников «МУХи». В июне 2014 года Bottega Gallery впервые принимала участие в международной арт-ярмарке – Art Vilnius 2014


Марина Щербенко в платье из вискозы, Yasya Minochkina; ожерелье из металла, Dior

Платье из вискозы, Yasya Minochkina; ожерелье из металла, Dior


Марина не работает с художниками, с которыми у нее нет личного контакта и взаимопонимания. В ее галерее никогда не выставлялась группа «РЭП», но пул «ее» художников, открытых конкурсом «МУХи» или взращенных в Bottega Gallery, – талантливые и перспективные с точки зрения капитализации Маша Куликовская, Даниил Галкин, Назар Билык, Алексей Сай, Анна Надуда, Павел Ковач, Анна Звягинцева. «В прошлом году мы решили реформировать «МУХи», – рассказывает Марина, – и одно из новшеств – проводить конкурс раз в два года». Но из-за политической ситуации ни художники, ни галерея, ни партнеры не смогли полноценно реализовать проект, и пятый конкурс перенесли на 2015 год. Однако в ноябре в Институте современного искусства покажут мини-ретроспективу предыдущих четырех.


«Наша ситуация все больше напоминает то, как устроен международный арт-бизнес: есть закрытый круг топовых художников, и попасть в него очень тяжело. Я не люблю рейтинги (они часто бывают несправедливы), но во всех рейтингах повторяются практически одни и те же имена – как правило, влиятельные только в Украине. Украинские художники не интегрированы в мировое арт-пространство, у них нет персональных выставок за рубежом, они не участвуют в престижных кураторских проектах на главных мировых арт-площадках, поэтому аукционные и реальные цены на их работы несопоставимы. А отечественные коллекционеры пока ни финансово, ни морально не готовы инвестировать в украинское современное искусство – ни в своей стране, ни за ее пределами». По словам Марины Щербенко, работы молодых украинских художников стоят от 500 до 10 000 долларов, именитых – от 10 000 до 30 000.


После открытия «Щербенко Арт Центра» у галеристки появилась возможность разделить галерейную и выставочную деятельность. «Галерея всегда была для меня полноценным бизнесом, а в бизнесе главная цель – финансовый результат. Но если галерея работает с современным искусством, в ее активности очень много некоммерческой деятельности: формирование бренда художника, финансирование некоторых проектов, издание каталогов – то есть создание конвейера, который обеспечивает продвижение имени художника на арт-рынке. В «Щербенко Арт Центре» мы пока экспериментируем с коллаборациями – искусство и мода, искусство и дизайн, искусство и музыка. Этим летом я отдала платформу «ЩАЦ» своим молодым сотрудникам: хочу, чтобы они попробовали себя в роли кураторов».

На вопрос, рисковый ли она галерист, Марина отвечает, что открыть галерею в Украине – это уже риск. И добавляет: «Но я очень люблю свою работу». А что касается нового в искусстве – то да, Щербенко всегда открыта для новых проектов и смелых идей. Но уточняет: «Хотя смотря какое «новое». Я очень категорична относительно спекуляций на тему Майдана – не разрешила ни одного проекта. Считаю, мы еще не пережили этот сложный исторический этап, чтобы рефлексировать. Только, может быть, Ройтбурд так способен работать – по горячим следам. Его выставку мы и показали».


Фото: Mary Semenchenko

Стиль: Olga Yanul

Прически: Maksym Kaida

Груминг: Vitalia

Производство: Valentina Tarkovskaya

выставка · украинские художники · День Независимости ·

Еще в разделе Культура

Популярное