search Created with Sketch.

Интервью с автором обложки арт-номера Vogue UA Олимпией Скарри

17 августа 2016

Специально для третьего арт-номера Vogue UA художница, it-girl и джетсеттер Олимпия Скарри создала проект с элементами перформанса. О нем и о других своих работах она рассказала Станиславе Джонсон-Чижиковой.

Фото: Alexandra Gordienko

Стиль: Tamara Rothstein

Кожаная водолазка, кожаные ботинки, все – Dior; бархатные брюки, Helena Manzano «Мы моем руки», напечатанный кадр из фильма Лени Рифеншталь «Олимпия», пластик, 27 x 30 см, 2015

«Конец это начало это конец это начало», 20 x 28 см, Color C-Print, 2016
«Без названия», сталактитовая соль, резина, 2015
«Белый альбом», брайлевская бумага, металлическая рама, стекло, 2013. С первой страницы «Белого альбома» Джоан Дидион
Self Graph, 2 м x 27 см x 6 см x 4 см, чернило на полиграфической бумаге, мраморная рамка, 2010
«Слюна», 120 x 60 x 180 см, 227 кг жира, слюна, пальмовое масло, вода, щелочь, 2011
«Без названия», 2015. Вылитая из белой бронзы подводная губка с океанского дна Флориды
«Черная рука», воск, медь, 2013

Художница и куратор Олимпия Скарри в последние годы участвовала в Венецианской биеннале и Art Basel Miami, ее работы демонстрировались на выставках в Милане, Лондоне и Нью-Йорке. Сразу после съемки для Vogue UA в Берлине Олимпия отправляется в родную Швейцарию – в Гштаад, где она как куратор делает проект
ELEVATION 1049. 

Искусство окружало Олимпию с самого рождения: она внучка детского писателя и иллюстратора Ричарда Скарри, написавшего «Город добрых дел», и дочка художника и писателя «Хака» Ричарда. Она родилась в Женеве в 1983-м, и с детства жила в художественных столицах мира – Венеции, Париже и Нью-Йорке. Во Франции изучала психологию – и говорит, что полученные там знания использует в своих художественных работах.

Олимпия разговаривает с очаровательным интернациональным акцентом и с первых же минут покоряет своим обаянием. Мы общаемся по FaceTime, находясь в разных часовых поясах: она в Берлине, где готовится к фотосессии, я – в Нью-Йорке. Мы сразу находим общую тему – бег, которым обе увлекаемся. Скарри занимается им каждый день, а в марте пробежала свой первый полумарафон – в поддержку фонда Натальи Водяновой «Обнаженные сердца». «Мой тренер – чемпион Олимпийских игр по легкой атлетике. Бег очень стимулирует, человеческое тело создано для бега, я это чувствую». 

Спорт для поколения миллениалов – больше чем просто увлечение. Именно спорту Олимпия посвятила свой проект для Vogue UA, снятый на Олимпийском стадионе в Берлине. Вдохновением для нее послужила «Олимпия» Лени Рифеншталь – легендарный документальный фильм, посвященный берлинским Олимпийским играм 1936 года. Скарри сделала коллажи с кадрами из фильма, используя новую технику ультрафиолетового излучения. 

Она занималась этим проектом целый год, а для арт-номера переосмыслила и показала его в новой интерпретации: провела съемку в Берлине (там, где 80 лет назад и был снят фильм) и представляет ее в августовском номере Vogue UA – одновременно с Олимпийскими играми в Бразилии. 

В съемке для Vogue UA были задействованы также ее работы из так называемой «Серии полиграфов». Скарри хотела создать своего рода автопортрет на детекторе лжи: она составила вопросы – и сама же ответила на них на детекторе. Она сознательно спрашивала себя о том, что традиционно запрещено на тесте, потому что вызывает бурную эмоциональную реакцию: о своей вере, например, или о политических взглядах. Таким образом художница пыталась разобраться в понятиях правды и лжи, и в результате получила портрет визуально абстрактный, но максимально объективный.

Работы Олимпии концептуальные и зачастую непросты для восприятия, но всегда безупречно элегантны по форме. Художница подчеркивает, что все ее проекты так или иначе связаны со скульптурой. Скажем, серию автопортретов, сделанных на полиграфе, она поместила в специальные мраморные рамы, разводы на которых напоминают человеческую плоть. «Таким образом я хотела сопоставить психологию и физиологию», –поясняет Скарри. Такие неожиданные сочетания позволяют создать более глубокий портрет личности – и именно в этом направлении Олимпия собирается работать: она планирует создавать портреты незнакомцев на детекторе лжи, чтобы расширять грани стандартного портрета и исследовать концепцию правды.

Олимпия изучает океанические волны и светящихся медуз для своего следующего проекта


Олимпия – разноплановая художница: делает перформансы, инсталляции, кураторские проекты. Она работает на стыке различных жанров, технологий и сфер, поэтому ее часто консультируют эксперты из других областей. С «Серией полиграфов», например, ей помогал бывший полицейский, специалист по детектору лжи. Недавно Олимпия встречалась в Нью-Йорке с биологом-океанологом: Скарри изучает океанические волны и светящихся медуз для своего следующего проекта. Новые работы Олимпии пока на стадии замысла, но даже подготовка к ним впечатляет своими масштабами.

Как правило, Скарри работает над несколькими проектами одновременно. Сейчас она изучает еще одну тему: как технологии влияют на социум. К этому ее привело видео об океаническом шторме, которое сняли неизвестные моряки. «Меня интересует философская теория возвышенного. Ту необъятность мира, которую изображал немецкий художник Каспар Давид Фридрих, через технологии мы можем ощутить лишь частично». Гаджеты повсюду: каждый наш шаг находится под наблюдением камер, а фотографию и видео любого места на планете можно с легкостью разыскать в Интернете. Но разве можно сравнить свои ощущения от снимка на экране компьютера с теми эмоциями, которые мы испытываем, увидев все это в действительности? – этот вопрос занимает Олимпию Скарри сейчас. Эту тему косвенно затрагивает и инсталляция All That Is Solid Melts Into Air, которую Скарри создала зимой 2014 года. Название работы позаимствовано из одноименной книги философа Маршалла Бермана, в которой он размышляет о модернизации и ее конфликте с реальностью (а изначально это цитата из Манифеста Коммунистической партии: «Все сословное и застойное исчезает»). 

Шелковый топ, PACo RABANNE; шерстяные брюки, IMoGEN WRIGhT; кожаные ботинки, DIoR; серьга, металл, CéLINE. Кожаное кресло, JEAN PRoUVE @ThE SToRE Серия работ с детектором лжи Self Graph, 2016
Шелковый топ, PACo RABANNE; шерстяные брюки, IMoGEN WRIGhT; кожаные ботинки, DIoR; серьга, металл, CéLINE. Кожаное кресло, JEAN PRoUVE @ThE SToRE Серия работ с детектором лжи Self Graph, 2016
Шелковый топ, PACo RABANNE; шерстяные брюки, IMoGEN WRIGhT; кожаные ботинки, DIoR; серьга, металл, CéLINE. Кожаное кресло, JEAN PRoUVE @ThE SToRE Серия работ с детектором лжи Self Graph, 2016
Топ изо льна, Issey Miyake ; шерстяные брюки, Imogen Wright; кожаные ботинки, Dior; серьга, металл, Céline Серия работ с детектором лжи Self Graph, 2016
Шерстяная водолазка, CoURRèGES; джинсы, MARTINE RoSE; кожаные ботинки, серьги, серебро, все – DIoR «Без названия», бумага, стекло, 30 x 30 см, 2016
Шерстяной гольф, CoURRèGES; серьга, серебро, DIoR

Инсталляция Олимпии представляла собой металлические столбы, выстроенные на манер строительных демаркационных заграждений. Эти столбы, обозначающие стройку, стояли на горе, и весной их смела лавина тающего снега. Временная инсталляция, выстроенная на замерзшем озере природного заповедника, – «символ одновременно и кошмара, и надежды», – говорит Олимпия. Она создала ее, чтобы обратить внимание на проблему бессмысленного непрерывного строительства и призвать к сохранению природы.

Скарри показала эту инсталляцию на масштабной выставке ELEVATION 1049: BETWEEN HEAVEN AND HELL, ставшей ее кураторским дебютом. Олимпия организовывала ее вместе с арт-куратором Невиллом Уэйкфилдом, с которым тогда встречалась. Выставка состоялась в ее родном Гштааде, где нередко можно встретить голливудских звезд и членов королевских семей. Олимпия и Невилл отобрали работы швейцарских художников и стратегически расставили их на склонах гор в труднодоступных местах. Этими инсталляциями – интервенциями в пейзаж – они хотели обратить внимание общества на социальные, экономические и климатические проблемы.

«Комната белых перьев», 500 кг перьев, 10 флюоресцентных ламп, 2012 
 
Хлопковая сорочка, ALEX EAGLE; шерстяные брюки, IMoGEN WRIGhT. Серия работ с детектором лжи Self Graph, 2016 
Хлопковая сорочка, ALEX EAGLE; шерстяные брюки, IMoGEN WRIGhT. Серия работ с детектором лжи Self Graph, 2016

Первый опыт кураторской работы оказался успешным, и теперь Олимпия планирует создавать подобные проекты каждые три года. Сейчас она готовится к Avalanche ELEVATION 1049 – выставке, которая откроется в феврале 2017 года. «У меня очень масштабный замысел, и, чтобы все получилось так, как я хочу, мне приходится отдавать этому проекту почти все свое время».

Кураторская работа вдохновляет Олимпию и как художника. «Кураторство позволяет мне глубже разобраться в искусстве: я лично встречаюсь с художниками, на чьих работах сама училась». Прежде всего она выделяет Мэтью Барни – «одного из самых выдающихся современных мастеров, у которого мне посчастливилось учиться отливать скульптуры», а также Рони Хорна, Томаса Шютте, Кароль Раму, Уолтера де Марию и Леона Голуба. 

Кураторы, художники и ученые – вот основной круг общения Олимпии Скарри сегодня. «Самая большая роскошь для меня сейчас – это личная жизнь», – говорит она: художница предпочитает проводить время наедине с искусством.

 

«Самая большая роскошь для меня сейчас – это личная жизнь», – говорит художница, предпочитая проводить время наедине с искусством
Шорты из хлопка, хлопковый топ, все – Dior 
Топ из вискозы, Laain; шерстяной джемпер, Balenciaga. Malcolm X, золото, бронза, 2015 
Хлопковая сорочка, Martine Rose; серьга, металл, Dior

Шерстяная водолазка, CoURRèGES; джинсы, MARTINE RoSE; кожаные ботинки, серьги, серебро, все – DIoR. Prosthetics, литая резина, пигмент кожи, 2015
Шерстяная водолазка, CoURRèGES; джинсы, MARTINE RoSE; кожаные ботинки, серьги, серебро, все – DIoR. Prosthetics, литая резина, пигмент кожи, 2015
Шерстяная водолазка, CoURRèGES; джинсы, MARTINE RoSE; кожаные ботинки, серьги, серебро, все – DIoR. Prosthetics, литая резина, пигмент кожи, 2015
Шерстяная водолазка, CoURRèGES; джинсы, MARTINE RoSE; кожаные ботинки, серьги, серебро, все – DIoR. Prosthetics, литая резина, пигмент кожи, 2015
Хлопковая футболка, Martine Rose; джинсы, Courrèges; кожаные ботинки, Dior Prosthetics, литая резина, пигмент кожи, 2015
Хлопковая футболка, Martine Rose; джинсы, Courrèges; кожаные ботинки, Dior «Без названия», бумага, стекло, 30 x 30 см, 2016
Хлопковая футболка, MARTINE RoSE; джинсы, CoURRèGES Prosthetics, литая резина, пигмент кожи, 2015
Кашемировая водолазка, кожаные ботинки, серьга, серебро, все – Dior; джинсы, Martine Rose; очки, Oakley
Кашемировая водолазка, кожаные ботинки, серьга, серебро, все – Dior; джинсы, Martine Rose; очки, Oakley
Кашемировая водолазка, кожаные ботинки, серьга, серебро, все – Dior; джинсы, Martine Rose; очки, Oakley

Фото: Alexandra Gordienko

Стиль: Tamara Rothstein

Макияж, прически: Christian Fritzenwanker for Rivelles

Ассистент стилиста: Isabelle Bush

Благодарность: The Store (thestore.com); Tabassom Charaf; Christian Weinecke

интервью · искусство · предметы искусства ·

Еще в разделе Арт

Популярное